Коллектив Flowgardenz: «Нам хотелось создать сад, который не привязан к одному месту»

Костя: Идея пространства Soooon Space появилась из желания реализовывать сложные, составные проекты. Нам важно было место, которое объединяет разные форматы: здесь есть студия, галерея, библиотека, кафе, сад и огород. Такой формат позволяет собирать проекты как конструктор — поддерживать одну идею другой, параллельно делать выставки, открытия и сопровождать их музыкальными событиями, придумывать специальные меню вместе с нашим клубом ферментации. Когда мы нашли это пространство, оно сразу совпало с нашей задумкой — вопросов не было.

В целом нам интересно заниматься разными проектами. Например, огород — это одна из точек эксперимента. Он связан с нашим проектом BIOPROPS STUDIO — это лаборатория, где мы работаем с биоматериалами и хотим в будущем развивать его как образовательный модуль. Наша цель — создавать биоматериалы, которые художники смогут использовать в своих практиках.

Сам огород задуман как открытое общественное пространство. Люди смогут приходить, выращивать растения, изучать интересные им культуры, а потом собирать урожай и делать вокруг этого совместные события.

То есть человек может прийти не только на выставку, но и, например, проверить свою часть сада. Потом мы можем вместе собрать урожай, приготовить из него еду, что-то заферментировать или использовать остатки — сделать бумагу или биопластик для художественных проектов.

У огорода есть и образовательная функция, и важная роль как точки сборки людей — это довольно серьезная инициатива.

Вова: Любое культурное или художественное пространство не может существовать без социального измерения — такого, как сад или огород. Это важный феномен, который объединяет людей и становится своего рода социальным экспериментом.

Костя: Поэтому мы хотим положить его как бы в центр социальной инициативы — одновременно образовательной и художественной. И дальше развивать это направление.

МОЖНО ЛИ СКАЗАТЬ, ЧТО ВЫ РАБОТАЕТЕ КАК ХАБ, ОБЪЕДИНЯЮЩИЙ РАЗНЫЕ ПРОЕКТЫ И ЛЮДЕЙ?

Костя: Вокруг нашего коллектива часто собирается большая команда — люди с разными практиками, которые вместе делают что-то интересное. Мы начинали вдвоем, но каждый проект становился точкой сборки для новой команды. В этом смысле мы действительно работаем как хаб, который объединяет разные инициативы, чтобы реализовывать идеи.

Вова: Мы хотели развивать и поддерживать художников и других артистов. И концепция Soooon Space — про то, что сейчас происходит всё очень быстро.

Костя: Да, это изначально заложено в названии — ощущение чего-то грядущего, постоянно надвигающегося в быстром темпе. Это связано с тем, как сейчас устроен информационный поток: всё меняется очень быстро, и хочется этому соответствовать — не затягивать процессы, не вынашивать идеи слишком долго, а успевать их реализовывать.

И эта интенция откликается многим — художникам, музыкантам и другим. К нам приходят люди из разных контекстов: кто-то просто приезжает в Тбилиси, кто-то в эмиграции, кто-то — нет, но всем близка эта скорость и открытость к действию.

Вова: Мы же работаем с людьми из разных контекстов, городов и стран — и для нас важна эта поддержка.

Костя: Например, у нас был музыкальный проект с ребятами из Лондона: они просто путешествовали, но им хотелось не только перемещаться, а что-то сделать. Узнали про нас от друзей — и сразу включились в процесс. Мы в целом быстро реагируем на такие запросы и стараемся оставаться открытыми. Это точка сборки с быстрым откликом: без долгих согласований, где можно оперативно реализовать идею.

Сейчас у нас развивается направление резиденции, своего рода инкубатора для художников, музыкантов, поэтов. За четыре месяца мы провели больше 30 событий: выставки, концерты, показы. У нас есть накопленный опыт — и как у художников, и как у кураторов за последние десять лет.

Резиденция рассчитана на то, чтобы человек мог за короткий срок, условно за неделю, реализовать проект или сделать выставку. Мы со своей стороны помогаем с продакшном, пиаром, организацией и включением проекта в общий контекст программы. Важно, что участники попадают в международную среду и могут работать в другом контексте — для многих это принципиально, в том числе для художников из России.

Плюс пространства в его разноплановости: здесь можно собирать сложные проекты, комбинируя разные форматы. Например, если художнику нужен материал для скульптуры — можно работать с биоматериалами через огород. Если нужно сделать ужин для открытия — подключается кухня и ферментация. Все направления связаны между собой, и мы стараемся привлекать людей с разной экспертизой, чтобы усиливать проекты. В итоге получаются события, которые очень быстро возникают, развиваются и захватывают внимание — как и предполагает сама логика Soooon.

ДА, НО ПРИ ЭТОМ ОБЩЕСТВЕННЫЙ ОГОРОД — ЭТО НЕ ПРО ЧТО-ТО БЫСТРОЕ.

Костя: Это правда. Огород про замедление. Это очень важно, и в этом есть тоже тренд и история о том, что замедление — сильно помогает.

Вова: Но в любом случае, даже если это не короткий, а более длительный процесс, к нему можно довольно легко подключиться на любом этапе — и получить для себя то, что тебе нужно.

ЕСТЬ ОЩУЩЕНИЕ, ЧТО ОБЩЕСТВЕННЫЕ ОГОРОДЫ И САДЫ — ЭТО ОПРЕДЕЛЕННЫЙ ТРЕНД, КОТОРЫЙ ОСОБО СИЛЬНО ПРОЯВИЛСЯ ПОСЛЕ ПАНДЕМИИ.

Костя: Это появилось не только из-за пандемии, но она тоже сыграла роль. Люди долго сидели дома и соскучились по простым вещам: гулять в лесу или парке, ходить босиком по траве, просто быть снаружи. И когда ты что-то сажаешь, тебе важно наблюдать за изменениями — как это растет, как развивается.

Но, мне кажется, здесь работает сразу несколько факторов. Есть общий тренд на замедление — при таком потоке информации хочется притормозить. Есть желание уехать из мегаполиса, жить ближе к природе, что-то выращивать. И есть ощущение отсутствия горизонта будущего: сад в этом смысле дает опору — ты что-то посадил и знаешь, что это вырастет. Появляется небольшой, но понятный горизонт, и даже самый простой результат начинает радовать. Также это ежедневные ритуалы: ухаживать, наблюдать, быть вовлеченным.
И сюда же добавляются вещи вроде интереса к питанию, к более осознанному образу жизни — всё это сходится в одну точку.

Вова: В общем, это, в том числе, про ментальное здоровье.

Костя: Да, это ежедневные ритуалы, которые помогают немного зафиксироваться, смотреть, ухаживать за чем-то.

ДЛЯ ВАС ЭТО ТОЖЕ ПРО ЗАМЕДЛЕНИЕ ИЛИ УЖЕ ПРОСТО ЧАСТЬ ХУДОЖЕСТВЕННОЙ ПРАКТИКИ?

Костя: Наверное, и то и другое. В художественной практике нам интересно работать с садами и огородами как с большой формой. Нас всегда привлекали масштабные, тотальные, иммерсивные инсталляции — и сад в этом смысле одна из таких форм. Это как большая скульптура, которая меняется со временем. Важно, что ты не можешь всё до конца спланировать. На процесс влияет многое — от погоды до человеческого фактора. И в этом есть особая ценность. Интересно наблюдать за садом как за иммерсивной средой.

Вова: И при этом мы всегда учитываем поведение людей и то, что они будут взаимодействовать с этим пространством.

Костя: Да, у каждого сада есть своя концепция. Есть, например, тактильные сады — где важны фактуры, поверхности, взаимодействие через прикосновение. Мы думаем про цвет, про подбор растений, про форму, про навигацию. Есть сады, где маршрут выстроен по кругу, есть такие, которые изолируют от внешнего мира, где можно отключиться. Есть звуковые сады — мы сейчас тоже над этим работаем.

Таких подходов много, и нам всегда интересно наблюдать, как взаимодействуют человек, растения и само пространство. Еще это долгосрочные проекты — они растут, меняются, развиваются непредсказуемо.

Огород — один из таких элементов. В Soooon их будет два: огород во внутреннем дворе и сад на фасаде, они будут отличаться. И нам нравится сама логика движения: человек сначала попадает в сад, проходит через всё пространство и оказывается в огороде на заднем дворе. Получается такой замкнутый цикл, по которому можно двигаться снова и снова.

ВАШ КОЛЛЕКТИВ СУЩЕСТВУЕТ УЖЕ 10 ЛЕТ. КАК ОН ВОЗНИК?

Костя: Мы знакомы уже около десяти лет, и всё это время у нас было много идей — постоянный поток проектов, которые нужно было куда-то приземлить. В какой-то момент мы просто спонтанно создали Инстаграм и назвали его “Flowgardenz”. Он стал своего рода коллектором, куда мы начали собирать все эти идеи — и постепенно они стали оживать, оформляться в проекты.

Так и появился коллектив Flowgardenz. Само название тоже важно: flow — это поток, что-то текучее, флюидное, постоянно меняющее форму. Нам хотелось создать сад, который не привязан к одному месту — скорее виртуальный, мигрирующий, который может проявляться в разных городах и странах, где о нем узнают или с ним сталкиваются. Это такая текучая, меняющаяся структура, которая может существовать и в медийном пространстве — как своего рода оазис, где можно немного отключиться и отдохнуть — и в физической форме, как реальный сад или инсталляция.

Эта флюидность проявляется во всем: в формах, в подборе растений, в текстах, в нарративе. Это постоянно меняющийся сад, который может возникать в самых разных контекстах. Дальше это развивалось через разные проекты, нам всегда было важно работать с разными медиа.

Вова: Для нас это в первую очередь образ, метафора, которая может воплощаться и в физических инсталляциях.

Костя: Да, и в кино, и в перформансах — нам хотелось пробовать разные формы и работать с тем, с чем мы соприкасались в своем опыте. В каждом проекте важна форма — чтобы она состоялась и была законченной. И круто попробовать разные медиумы: так ты понимаешь, что форма работает.

Например, мы сделали сериал про комнатные растения — он получился цельным: есть восемь серий, но каждая работает отдельно. В нем продуманы декорации, сетап, сценарий, кастинг, костюмы. Над этим работают разные люди, а мы задаем общую креативную рамку и координируем процесс.

Есть и перформансы, где мы выступаем как режиссеры и постановщики. В этом направлении мы тоже работаем как команда. Важно само ощущение формы — понимание, что она состоялась. Форма может быть любой — сложной или простой, красивой или нет — но она должна быть завершенной. Незаконченный объект уже не воспринимается как форма, это скорее процесс, который не удерживает внимание зрителя.

Зрителю важна именно форма, а медиум может быть разным. Сейчас нам особенно интересно работать с инсталляциями — это тотальные, иммерсивные объекты, которые работают с масштабом и смыслом. Они буквально «втягивают» зрителя, вокруг них возникает виральный контент: люди сами снимают, делятся, и проект начинает жить дальше без дополнительной постановки. В таких инсталляциях ты как будто задаешь «внутрикадровый монтаж»: пространство уже само формирует кадры. Люди получают удовольствие от съемки, потому что оказываются внутри готовой визуальной среды.

Soooon Space во многом про работу с пространством и контекстом. Это тоже можно воспринимать как большую инсталляцию, где есть свои правила и логика. Внутри нее зритель может свободно двигаться, открывать для себя что-то новое, иногда не сразу понимая, что это уже спланированный опыт.

Идея в том, чтобы человек вошел в эту среду и вышел из нее немного измененным. Сад, библиотека или галерея становятся частью этого опыта: ты думаешь, что просто пришел в галерею, но на самом деле уже находишься внутри другой системы. Иногда это становится понятно позже — через время, как отложенное ощущение.

В этом смысле сады и подобные пространства действительно влияют на восприятие: они немного меняют оптику, с которой ты смотришь на вещи, и этот опыт потом можно «носить с собой» и использовать дальше.

КАКИЕ СВОИ ПРОЕКТЫ ВЫ МОГЛИ БЫ ВЫДЕЛИТЬ?

Костя: Вообще сейчас наш любимый проект — это Soooon Space!

Но расскажем про фестиваль FLORA. Это ежегодный международный фестиваль современного искусства флоры, один из самых престижных в мире. Мы давно хотели в нем поучаствовать, потому что это возможность реализовать крупный проект: там дают большой бюджет на производство и предусмотрен денежный приз. Фестиваль проходит каждый год в Кордове, в центре Андалусии в Испании. Кураторы обычно выбирают четырех художников, и еще одно место оставляют под опен-колл.

Этот проект нам особенно запомнился тем, что мы выиграли опен-колл, создав кейс всего за один день. Мы подали заявку и увидели, что дедлайн заканчивается уже сегодня. Вечером пришли домой и решили срочно делать. На следующий день у меня был день рождения. Мы понимали, что туда приходит огромное количество заявок — конкурс действительно серьезный. Участвуют как художники, работающие с растениями, так и авторы из других направлений. В тот год были очень сильные участники.

Поэтому в последний день нужно было придумать четкий и выразительный кейс, который смог бы выделиться среди множества заявок. Мы решили предложить идею создания «клетки растений» — простой, понятной и в то же время визуально сильной концепции, способной сразу зацепить и донести замысел.

Помимо того, что надо было придумать концепт, нужно было просчитать смету, тайминг, визуализацию и четко описать, из каких растений сделан каждый объект и как это всё выглядит. Мы придумали инсталляцию в виде клетки. Идея заключалась в том, чтобы показать ее в масштабе, увеличенном в сотни тысяч раз, чтобы человек, оказавшись внутри, почувствовал себя маленьким. Здесь важна игра масштабов — то, что нам близко в инсталляциях и садах: человек не главный герой пространства.

Клетка состояла из восьми органелл. Мы отталкивались от пространства: это был дворец эпохи Возрождения с круглым мраморным фонтаном во внутреннем дворике. Этот фонтан стал ядром клетки. Мы заселили его растениями, используя ряску — самый маленький цветок в мире. Это водное растение, которое покрывает поверхность воды плотным слоем. На первый взгляд это листья, но на самом деле это цветки. Это было важно как элемент масштаба: через «зум-аут» и «зум-ин» зритель начинает по-другому воспринимать пространство и себя в нем. В проекте использовалось около 80 000 цветков при бюджете примерно 20 000 евро на производство.

Параллельно, не зная испанский рынок, мы делали ресерч: примерно понимали, сколько стоит каждый цветок, рассчитывали их количество и формировали смету. Также просчитывали, сколько цветов потребуется для каждого объекта. В итоге довольно точно попали в расчеты.

Позже мы корректировали некоторые решения по цветам, потому что испанский поставщик предлагал очень широкий выбор — фактически можно было подобрать любой оттенок и размер цветка, создавать градиенты и точно подгонять материалы под концепцию. Это был очень сильный препродакшн.

В итоге мы всё рассчитали. В 23:55 отправили письмо. В 23:58 решили проверить, отправилось ли оно, и заметили, что не приложили файл. В 23:59 добавили файл и отправили повторно. В 00:00 был мой день рождения. На следующий день утром нам ответили: «Вы выиграли, ребята». Далее последовали уточняющие вопросы и просьба созвониться. Позже нам сказали, что все члены жюри выбрали нас и поставили высшие оценки — об этом мы узнали уже в Испании.

Вова: Мы выиграли опен-колл и участие в конкурсе. Четырех художников мы уже знали, а пятыми — были мы. Нам нужно было собрать инсталляцию всего за четыре дня.

Костя: Да, и все художники, которых выбирали заранее, уже были знакомы с городом. Мы же делали всё вдвоем, и только на месте у нас была команда волонтеров, которые помогали собирать инсталляцию.

Вова: Со многими волонтерами мы подружились. Как правило, это всё тоже художники или флористы.

Костя: И для них это тоже интересный опыт — приезжать с разными другими художниками со всего мира, взаимодействовать, создавать их работы.

Особенность в том, что процесс полностью закрыт: никто не видит, что делают другие участники. Всё держится в секрете, и за четыре дня формируется целостная выставка. У каждого художника есть свое патио, поскольку Кордова известна своими внутренними дворами и садами, которые веками формировались как часть архитектурной культуры. Каждый год фестиваль выбирает несколько значимых патио, и превращает их в площадки для инсталляций. Среди участников вместе с нами были художники из Кореи, Литвы, Англии, а также испанские авторы.

После завершения сборки был день презентаций. Мы рассказывали о проекте, затем жюри обходило все работы и оценивало их. В тот же день вечером подводились итоги, и нам вручили приз — 10 000 евро.
Судя по отклику, жюри особенно зацепила идея масштабирования: ощущение, что человек становится маленьким внутри пространства, а инсталляция разбросана по двору и ее можно исследовать, перемещаясь внутри.

КАК У ВАС ВЫСТРАИВАЕТСЯ РАБОТА ДРУГ С ДРУГОМ?

Вова: Как устраивается работа? Очень просто: каждый занимается своим делом.

Костя: Внутренних противоречий у нас нет. Вова отвечает за очень крутой вижн, картинки и мощный арт-дирекшен. Я больше, наверное, отвечаю за концепцию, тексты, структуру — как это развивается и как строится нарратив. Вова это всё собирает в визуал и получается быстро и чисто. У меня больше структурное видение проекта: с чего всё начинается, что мы сначала показываем, к чему это приводит, как это будет. Вова всё собирает, визуализирует, делает из этого модель — всё продумано до миллиметра, круто сделаны фотографии, интересно визуализировано.

Мне кажется, мы делаем те идеи, которые нравятся нам двоим. У нас есть такое правило: если две звездочки, то значит — супер.

Вова: Если одна звездочка — это не значит, что проект не состоится. Мы всё равно делаем то, что нам интересно. По отдельности мы тоже довольно хорошо справляемся со своими задачами и интересами.
При этом у нас разный подход к запуску проектов. У меня это скорее импульс — такой сильный эмоциональный толчок, который помогает быстро начать. Я его выбрасываю и передаю в руки Кости, для того чтобы он его просто на ладошках донес до финала. Мне легко быстро начать, но сложно продолжать. Костя может дольше думать, но при этом и дольше делать — наверное, это поэтому, что у нас очень разные типы психики.

Костя: Вова помогает визуализировать и «приземлить» идею в форму, которую я уже могу увидеть и в которую начинаю больше верить — она становится для меня более убедительной и рабочей.

КАКИЕ ПЛАНЫ СЕЙЧАС НА SOOOON SPACE?

Костя: Самое главное направление для развития сейчас — это резиденция. Мы хотим помогать молодым художникам: давать возможность собрать выставку, пройти полный цикл — от идеи до реализации.

Мы развиваем библиотеку, двигаемся в сторону небольшой внутренней типографии, хотим привлекать разных авторов и работать с ними совместно. Планируем делать периодические издания. Сейчас как раз над этим работаем: хотим выстроить типографическое направление, в рамках которого будем экспериментировать с формами вместе с разными участниками — в формате книг, зинoв и других изданий.
Идея в том, чтобы привлекать людей с разным опытом: кто-то работает с японским переплетом — давайте делать вместе; кто-то умеет создавать сильные визуальные эссе — тоже подключаем. Любые мастер-классы и воркшопы, которые мы планируем проводить, мы хотим связывать с этим типографическим направлением, чтобы в итоге всегда был осязаемый результат: ты что-то создаешь, получаешь, становишься частью процесса и выходишь с конкретным артефактом.

Также есть направление BIOPROPS STUDIO — наша экспериментальная лаборатория по работе с биоматериалами, в нее входит Fermentation Club, общественный огород, а также несколько образовательных модулей, таких как лаборатория CRAFT — серия воркшопов по работе с деревом, керамикой, текстилем, и авторский курс FLOWGARDENZ по созданию инсталляций из природных и органических материалов.

Вова: Мы можем прокурировать проект и хотим давать художникам возможность выставить и собрать свой проект — получить артист-визу, заполнить портфолио.

Костя: Да, это включает в себя помощь в публикациях и в их написании, подбор и организацию работ, оформление выставки и получение отклика от аудитории. Это также возможность познакомиться с другими людьми, наладить связи и расширить нетворк, поскольку у нас большая аудитория — не только локальная и русскоязычная, но и международная. Это действительно ценный ресурс.

Вова: Из-за того, что у нас есть большой опыт сборки собственных проектов, мы довольно быстро и четко можем помогать другим. Сейчас, когда к нам приходят с задачей собрать выставку, мы понимаем, что многие на этом этапе «плывут». Даже при первом опыте сборки экспозиции люди часто долго принимают решения и не до конца понимают, как выстроить процесс. Когда нет регулярной практики и опыта быстрых итераций, это действительно бывает сложно. В таких ситуациях мы можем со своей стороны довольно серьезно помочь — как в организационном, так и в концептуальном плане.

Костя: Да, поскольку мы понимаем, как работает пространство и как оно может быть выстроено, мы видим, как отдельные элементы могут дополнять друг друга и формировать цельный контекст. Иногда именно из таких сочетаний неожиданно складывается наиболее удачное решение. Поэтому нам важно делиться опытом и помогать в этом направлении. Мы открыты к сотрудничеству и всегда приглашаем людей к нам в гости.

Вова: Мы многим интересуемся сами и много работаем с местным контекстом, с местными проектами.

Костя: Например, к нам недавно пришла девушка из Польши, она профессор и занимается кибер-шаманизмом. Сейчас мы будем вместе с ней разрабатывать модуль, посвященный кибер-шаманизму, экологии в digital-среде, независимым серверам и информационному следу, его экологическому аспекту.

Вова: Мне кажется, это связано с нашими внутренними процессами. То, как мы выстраиваем отношения друг с другом и с людьми, с которыми взаимодействуем, считывается вовне. Возможно, поэтому мы выглядим открытыми — потому что мы действительно открыты. И, наверное, поэтому с нами просто взаимодействовать.